Максим Медведев (gryzly1973) wrote,
Максим Медведев
gryzly1973

Стругацкие - 2

Оригинал взят у gatoazul в Стругацкие - 2
"Страна Багровых туч", "Извне", "Стажеры", "Полдень, XXII век". Все это читалось взахлеб и сразу, поэтому я сейчас и разделить не могу. Воздержусь от критики и ехидства, потому что уедать эти книги - все равно, что ругать собственное детство. Там описана Аркадия, счастливая страна, куда нам не попасть, и так описана, что можно плакать в подушку, что ты там, а не здесь. Идеал русского человека - праведная жизнь среди хороших людей.

Это вам не коммунизм Ефремова - холодный и стерильный, как атмосфера на Олимпе, в которой живут полубоги и герои. Тут все теплое, ламповое, знакомое. У него есть только один недостаток: это чисто русский идеал. В "Стажерах", кажется, имеется японка. Но если поглядеть внимательнее, то от японки у нее там только имя и узкие глаза, а в остальном она ничуть не отличается от какой-нибудь восторженной русской девушки. В ней нет совершенно никакой японской культуры и никаких проблем с несовместимостью культур, с разными обычаями и идеалами. И все иностранцы там такие - либо карикатурные капиталисты, либо русские с иноземными фамилиями. И тут опять хочется вспомнить Ефремова, который оказался и в этом вопросе куда прошареннее.

"Путь на Амальтею". Типичный производственный роман того времени с элементами катастрофы. Замените спутник на полярную станцию, а звездолетчиков на команду корабля - и вы не увидите никакой разницы. Так умильно, что по страницам течет елей, такие там все хорошие. Вот не помню - ну был там хоть один плохой герой или на худой конец, колеблющийся. Настоящие жития.

"Попытка к бегству". Характерный образчик рояля не то, что в кустах, а просто посреди открытой местности. Почетного узника концлагеря Саула каким-то чертом заносит на двести лет вперед. Черт не только не объясняется, но им прямо гордятся, что он весь такой роялистый. Все остальное после этого можно всерьез не воспринимать. Если книга начинается с явного алогизма (который авторы всерьез считают офигенно прекрасным литературным приемом), то после этого возможно все, что угодно - как захочет левая пятка братьев - а значит, уже ничего не интересно.

При прочтении меня поразила одна деталь - белые европейцы, при этом тупые и малоразвитые. Быдлота, короче. Можно это считать гениальным прозрением на 40 лет вперед - я имею в виду, разумеется, наши палестины в наши же дни, но ларчик там открывается проще. Это первый росток презрения к остальным людям, начало деления на наших - всех из себя, и остальных - человекоподобных зверей. Через несколько лет он расцветет и заколосится, а пока - скромное начало.

"Далекая радуга". Очередное бревно в модную тогда полемику о физиках и лириках. Вернее, камень в огород первых, устроивших гадость назло всем добрым людям планеты. Немного странно для авторов фантастики, но Стругацкие по натуре были типичными гуманитариями и лирикам сочувствовали куда больше. Первая ласточка тени в мире Аркадии, которая позже ухайдокает его целиком. Первое сомнение в его хорошести.

Заслуживает внимания забавный эпизод про какую-то Массачусестскую машину, которая оказалась так крута, что "стала вести себя". Бог весть, что это значит, но, похоже, за 4 минуты созрела до захвата мира. Была немедленно выключена и залита бетоном, а ее бункер обнесен колючей проволокой. Не то смешно, что машина собралась захватывать мир - это общее место фантастики того времени, а вот любопытен способ, каким она собралась это делать, находясь под землей в бункере, и не имея ни рук, ни ног.

"Трудно быть богом". Входит в список самых попсовых сочинений, вошедших в масс-культуру. Подробно я уже его описывал. Но добавлю еще то, чего в том посте нет.

Во-первых, тут уже нелюбовь к "быдлу" разворачивается во всей красе. И нелюбовь эта не какая-то идейная, а самая что ни на есть нутрянная - настолько, что просто кишки выворачивает. Все мерзкое, вонючее, кругом полно дерьма, в котором иногда посверкивают жемчужины второго сорта. Фильм Германа доводит это ощущение до апогея - сплошная мерзость и ничего больше. В общем-то это зачатки хорошо всем известной либеральной русофобии, вернее, ее второго издания. Первое можно найти у Бунина - антропологическое отвращение барина-европейцка к народу-азиату.

На этом месте меня так и подмывает написать, что тут еще примешивается традиционное отношение "избранного народа" к гоям, но нет. Деление на своих - чужих и объявление своего круга пиком эволюции, а всех остальных - нелюдями присуще всем культурам и древне, как сама человек. Ничего нового, все очень человеческое.

Во-вторых, сама повесть представляет собой махровейший идеализм, совершенно не советский. Антон постоянно выдумывает, как бы резко сделать всех людей хорошими - пошептать или поставить излучатели на спутники, при этом сами авторы постоянно клянутся в верности идеям "базовой теории исторических последовательностей", в которой несложно угадать некий продвинутый диалектический материализм. К чему тогда эти выдумки про спутники, если имеется опробованная на многих планетах и многократная подтвержденная научная система? Примените ее - и все завертится. Для чего мечты о чудесах, если путь прекрасно известен: общественное бытие перестраивает общественное сознание. Следовательно, нужны не спутники, а глобальные общественные изменения. Вот тебе, Антон, идейка: начни массовую раздачу противозачаточных средств, удобных для приема. Выпил стаканчик - и неделю никаких детей. А через двадцать лет массовое сокращение населения низших классов и, соответветственно, рост стоимости рабочей силы, а за ним уменьшение количества слуг и разорение аристократов. Но нет же - все просто сами должны стать ангелами, а если не становятся - то в топку этих козлов.

"Понедельник начинается в субботу". Очередной производственный роман, выросший из газетного заголовка вроде "Путешествие к волшебникам науки". А давайте запилим ученых в виде магов! Идея настолько же привлекательная, насколько и глупая. Маги, стоящие в очереди в кассу, чтобы получить там сто рублей плюс десятку премии, выглядят, мягко говоря, противоестественно. Чародеи, которые не в состоянии заколдовать Выбегалло и заточить его в пещеру, а еще лучше - чудесным образом перевоспитать в нужном направлении, вызывают сомнения в их волшебных способностях.

В качестве дивертисмента предлагается детективная история о двуликом Янусе, который движется по времени в обе стороны. Оригинально, но что-то не додумано. Это сколько же лет он живет на свете, если в конце концов оказывается в Петровской академии наук? В одну сторону двести и в другую еще двести.

Странно режет глаз эпизод с чучелом эсэсовца. Может, и прав один из комментаторов, написавший в предыдущем посте, что в книге полно намеков на Талмуд и Каббалу?

Зато куда забавнее история с путешествием в мир фантастики, четко разделенным на свой и чужой. В капиталистическом сплошные катастрофы, в нашем - пародия на Бердника с Колпаковым. Подмечено хорошо и узнаются и тот, и другой миры мгновенно. Авторы, правда, еще рассказывают, что там все без штанов, но это глупо - книга в принципе не может построить мир, а может лишь дать какие-то ключевые моменты и в остальном положиться на опыт читателя, позволяющий домыслить остальное. Да и кто бы говорил - если у самих Стругацких очень часто без штанов выступают целые произведения, потому что братья не потрудились додумать свои идеи до конца.

Кстати сказать, эту книгу я прочитал первой. Мне она показалась тогда неплохой, но все-таки что-то не то - типа обезжиренного молока. Белое, а вкуса нет.

"Хищные вещи века". Очередное модное в советской литературе бичевание мещанства. Тихий уютный европейский мирок. Все сыты и довольны, государство не лезет к соседям, и чего еще надо? Ну скучно там жить и его обитатели ищут развлечений на свой зад, но в конце концов, это их сугубо внутреннее дело. Они к вам не лезут, а вы-то чего пристали к людям? Что там бичевать, если традиционных пороков капитализма там нету? А вот безыдейные они, и это очень плохо. Надо противопоставить их унылому обществу потребления наше коммунарское горение.

В общем, сама проблема достаточно сложная. Ясно, что это в реальном СССР это были попытки продолжить пассионарность и мобилизационную экономику в условиях, когда пассионарность естественным образом начинает выгорать, но вся система общества на мирную жизнь вообще не настроена. Не могут люди всю жизнь двигать горы и поворачивать реки, к старости хочется уже и отдохнуть. С другой стороны, если все будут только отдыхать, то власть захватят паразиты.

В книжке она, впрочем, никак не решается, поэтому "Вещи" имеют сугубо поучительный характер. Вот, дескать, чем ваше потребление-то заканчивается: бегством из реальности в индивидуальную Матрицу. Но ниче, сейчас мы вас из этой ванны наслаждений как выплеснем...

Как по мне, эта же тема решена у Герберта Франке в "Клетке для орхидей" куда интересней.

Именно в "Хищных вещах" полно дурацких выдуманных слов, звучание которых совершенно произвольно.

Особую пикантность повести придает дальнейшая эволюция взглядов самих Стругацких, которые в конце концов нашли в обществе потребления свой идеал - если не в книгах, то в жизни точно.

"Беспокойство". Книга на перепутье, когда, похоже, вера в идеалы коммунизма зашла в тупик. Потому сочинение бестолковое и непонятно о чем, причем непонятно даже самим авторам. На красивом холме сидит один из героев Полдня, парит ноги в тазике с водой и мучительно думает, к чему это все. Под холмом, в лесу, творится Ад и Израиль, тоже непонятно зачем. Ни во что конкретно в результате ничего не складывается. Хотелось сказать о чем-то, но сами еще не знали о чем. Потому даже публиковать не стали.

Tags: Стугацкие, перепост
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments